Агафонов Павел Владимирович — кандидат медицинских наук, подполковник медицинской службы, докторант при кафедре военно-полевой терапии.
194044, Санкт-Петербург, ул. Лебедева, д. 6.
SPIN: 3303-4786
Pavel V. Agafonov.
St. Petersburg.
Халимов Юрий Шавкатович — доктор медицинских наук, полковник медицинской службы, начальник кафедры и клиники военно-полевой терапии.
194044, Санкт-Петербург, ул. Лебедева, д. 6.
Yuri Sh. Khalimov.
St. Petersburg.
Гайдук Сергей Валентинович — доктор медицинских наук, полковник медицинской службы, заместитель начальника кафедры военно-полевой терапии.
194044, Санкт-Петербург, ул. Лебедева, д. 6.
Sergey V. Gaiduk.
St. Petersburg.
Крюков Евгений Владимирович — доктор медицинских наук, профессор, заслуженный врач Российской Федерации, член-корреспондент Российской академии наук, генерал-майор медицинской службы, начальник ВМедА.
194044, Санкт-Петербург, ул. Лебедева, д. 6.
Evgeniy V. Kryukov.
St. Petersburg.
Цель: рассмотреть основные типы личности, показатели личностной и ситуационной тревожности у военнослужащих срочной и контрактной службы в зависимости от длительности нахождения в условиях Крайнего Севера, а также оценить влияние психологических характеристик военнослужащих на процессы адаптации к условиям Крайнего Севера.
Материалы и методы. Проведено психологическое тестирование 249 военнослужащих мужского пола в возрасте от 18 до 31 года (средний возраст 21,5±4,8 года), которые проходили службу в условиях Крайнего Севера (158 человек) и в Западном военном округе (91 человек). Тестирование проводилось в начале службы, а также через 6 месяцев после начала службы в различных регионах. Для изучения типологии личности применяли Сокращенный многофакторный опросник для исследования личности (СМОЛ) и тест Люшера, а для оценки личностной и ситуативной тревожности — тест Спилбергера-Ханина.
Результаты и их обсуждение. Проведенное обследование показало преимущественно астеноневротический и эпилептоидно-возбудимый типы личности среди военнослужащих по призыву, что сочеталось с высокими показателями личностной и ситуационной тревожности. Шестимесячный период службы в условиях Крайнего Севера у военнослужащих по призыву не сопровождался значимым снижением ситуационной тревожности, что может свидетельствовать о низком потенциале психологической адаптации к суровым условиям службы в полярных широтах. И напротив, среди военнослужащих по контракту 6-месячная служба в условиях Крайнего Севера привела почти к полному возращению показателей ситуативной тревожности к значениям, характерным для умеренного климата. Таким образом, преимущественное направление для службы в условиях Крайнего Севера военнослужащих контрактной службы позволит ускорить процесс адаптации. Для оценки динамики ситуативной тревожности в процессе службы в условиях Крайнего Севера оправдано проведение психологического тестирования с периодичностью 6 месяцев, что позволит выявить военнослужащих с низким адаптационным потенциалом.
The aim of the study: to consider the main personality types, indicators of personal and situational anxiety in military personnel of fixed-term and contractual service, depending on the duration of their stay in the Arctic region, and also to assess the influence of the psychological characteristics of military personnel on the processes of adaptation to the conditions of the Far North.
Materials and methods. Psychological testing was carried out on 249 male servicemen aged 18-31 years (average age 21.5±4.8 years) who served in the Far North (158 people) and in the Western Military District (91 people). Testing was carried out at the beginning of the service, as well as 6 months after the start of service in various regions. To study personality typology, the Abbreviated Multifactorial Questionnaire for Personality Research (SMOL) and the Luscher test were used, and the Spielberger-Khanin test was used to assess personal and situational anxiety.
Results and discussion. The survey showed predominantly asthenoneurotic and epileptoid-excitable personality types among conscripts, which was combined with high rates of personal and situational anxiety. The six-month period of service in the Far North for conscripts was not accompanied by a significant decrease in situational anxiety, which may indicate a low potential for psychological adaptation to the harsh conditions of service in the polar latitudes. And, on the contrary, among contract servicemen, a 6-month service in the Arctic led to an almost complete return of the indicators of situational anxiety to the values of a temperate climate. Thus, the preferential direction for service in the Arctic for contract servicemen will speed up the adaptation process. To assess the dynamics of situational anxiety during service in the Arctic region, it is justified to conduct psychological testing with a frequency of 6 months, which will identify servicemen with low adaptive potential.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.